Загрузка
X


Темпера ЦВЕТА граната — Каралов и Параджанов

Вернисаж / Кинотеатр / 21.01.2018

Тифлис, некогда административный, культурный и промышленный центр Закавказья в Российской империи, долгое время был также центром и армянской культуры. Многие прославленные имена связаны с этим городом. И, наверное, с него надо начинать рассказ об удивительной дружбе двух неординарных, талантливых людей: художника Иосифа Караляна (Каралова) и кинорежиссера Сергея Параджанова. 

Заслуженный художник Армянской ССР Иосиф Артемьевич Каралян учился в Тбилисской академии художеств, а затем во ВХУТЕМАСе. Пожив в Москве и Баку, он переехал в Армению. Здесь уже в зрелые годы пришла к нему известность. «Поэтичность — главная сила его творчества», — напишет в воспоминаниях о своем отце дочь художника Белла. Иосиф Каралян — уроженец Тифлиса. Его предки более трех столетий жили в Кахетии. Отец — виноторговец.

Разбогател, купил дом в Тифлисе, женился на Елизавете Парсеговой и мечтал о большой семье. Не суждено было сбыться его планам — он рано умер, оставив вдову с тремя детьми на руках. Дом, который он построил, продавался по частям, да так, что семья вскоре почувствовала себя в нем совершенно чужой. До дачи в Сагареджо, которая стала затем одним из самых любимых мест художника, очередь дошла не очень скоро. И пока это было возможно, он ездил туда, где его ждали необыкновенный аромат орешника, лес, шум речки Сатаве, беседы с друзьями, а на столе, покрытом белой скатертью, — всегда кувшин с легким вином, так быстро утолявшим жажду... Все это ожило на его полотнах: петляющая дорога в Сагареджо, кинто у дорожного трактира и ослик, постоянный верный спутник кахетинских дорог.

Тифлис тех времен... Тифлис с кривыми улочками, удивительными резными балкончиками, осликами, развозящими молоко, мацони, зелень; тулухчи, разносившими питьевую воду, и Курой, на берегу которой всегда можно было посидеть за бутылкой вина с шашлыком или рыбой-храмули. Тифлис — это обязательно кинто, своеобразно одетые и всегда веселые люди.

Тифлис — разноязыкий бурлящий город, населенный людьми, чьи яркие образы обрели новую жизнь на безыскусных полотнах Иосифа Караляна. За это особое понимание тонкостей жизни простых тифлисцев ценил художника и преклонялся перед ним великий кинорежиссер Сергей Параджанов. Иосиф Артемьевич обладал необычайным чувством юмора, а уж когда начинал рассказывать о быте и традициях города, то остановить его было невозможно. Он был хранителем какого-то своеобразного духа старого Тифлиса — Параджанов тосковал именно по этой ушедшей энергетике. Приезжая в Ереван, Параджанов обязательно приходил в мастерскую к Караляну, за беседами они засиживались глубоко за полночь. Свидетелем их встреч стала дочь художника Белла Каралян.

К гостям она привыкла, но однажды в мастерской отца встретила незнакомого человека, в котором сразу почувствовала тифлисца: говор, движения, юмор, бьющий через край. Параджанова тогда портретами в печати не баловали, пресса и общественность обходили его молчанием. Естественно, Белла и не догадалась, кто это, пока отец не представил их друг другу.

— Он гений, Белка! — сказал Каралян после ухода гостя.

Эти встречи запомнились Белле Каралян еще и потому, что гость уговаривал отца стать художником фильма «Цвет граната». Чем больше уговаривал, тем упорнее отказывался Каралян. Мастер не любил браться за дело, которого не знал. Однажды Параджанов пришел с подарком — вышитой украинской сорочкой, и попросил дать окончательный ответ. Он вновь говорил о своем уважении к художнику, который был ему необычайно близок, о своем восхищении его творчеством. В конце концов Параджанов категорично заявил: «Вы или никто!» Художник сдался. Началась работа над эскизами к фильму «Цвет граната». Иосиф Каралян создал к этой картине более 60 работ: «Монах-мастер фрески», «Армянка-крестьянка», «Крестьянский мастер», «Монах из Санаина», «Карабахский мальчик», «Карабахец», «Католикос Казар»... Параджанов остался очень доволен эскизами. Об этом говорил на выставке эскизов художника в Ереване оператор фильмов Параджанова Альберт Явурян: «Посмотрев эскизы, я был ошарашен. Я понял: Каралян один из немногих, кто, поработав с Параджановым, передал ему частичку своего «я». Истоки Караляна и Параджанова уходят в глубины великой культуры Востока, объединяющей армянскую, грузинскую и персидскую культуры».

Рассказать об этой выставке необходимо.Проходила она в тяжелые для армян 1990-е годы, когда, казалось, все в Армении замерло от холода и темноты. Удивительно, но тогда в людях чувствовалась какая-то особая тяга к высокому: к музыке, литературе, живописи. Тогда и возникла у Беллы Каралян идея: открыть в небольшом зале АОКСа (Армянского общества культурных связей) выставку эскизов отца. Рассказала об этой идее Альберту Явуряну. Чтобы впечатление было полным, они решили организовать показ последнего фильма Параджанова «Ашик Кериб». Маленький зал АОКСа посветлел от красок работ Иосифа Караляна. Закутанные в пальто, шали — ведь здание не отапливалось —люди переходили от эскиза к эскизу, и на глазах происходило чудо: появлялись радостные улыбки, и холод переставал действовать. Но только расселись в зале, как погас свет. Переговоры с подстанцией не дали результата. Тогда председатель Союза кинематографистов Сергей Исраэлян обещал организовать показ фильма в Доме кино, и слово свое он сдержал, на определенные часы электричество было дано. В переполненном зале Дома кино фильм смотрелся на одном дыхании — Параджанов объяснялся в любви к культуре Востока...

И опять-таки именно с Параджановым связана одна из самых счастливых страниц жизни Иосифа Артемьевича — выставка в Новосибирске, которая состоялась в конце ноября 1960 года. В архиве художника сохранилось письмо, которое он написал в связи с этим Параджанову. 

«Дорогой Сергей!

Наконец я в Новосибирске, в Академгородке, в Доме ученых, открывшаяся выставка имеет большой успех. Город Новосибирск расположен в 35 км от Академического городка. Вчера в честь меня был устроен банкет: много хвалили. Выставку открыл Ларик Игитян. На этот раз я повез 15 отобранных костюмов фильма «Саят-Нова» (имеется в виду «Цвет граната». — Ред.).

Вот уже третий раз демонстрируется ваш «Акоп Овнатанян», имеет большой успех...Все ждут, когда на экране появится «Саят-Нова». В Армении этой картиной гордятся все, картина гениальная. Дом ученых в Новосибирске — прелесть. Очаровательный лес, с рук людей белки берут орешки, широченная река Обь и прекрасный ресторан при гостинице. Числа 13–14 я вылечу в Ереван. Найдите время, напишите мне, меня интересует, чем вы заняты и какие дальнейшие планы.

Пока, любящий Вас Каралов». 

Параджанов обожал Тифлис, но, узнав Армению, он сразу полюбил ее суровую природу, монастыри, церкви; все жалел, что раньше не общался «с корнями предков, корнями, уходящими в землю». В своих воспоминаниях о днях работы отца над фильмом «Цвет граната» Белла Иосифовна Каралян написала: «Все разговоры, варианты сценария, эскизы, сомнения настолько вошли в мою жизнь, что до сих пор «Цвет граната» — это какой-то большой дневник взаимоотношений двух Великих, свидетелем общения которых я была».

Текст: Марина Аргутян, Ереван. Журнал «Жам». Осень 2009 г.