Загрузка
X


Сергей Юрский скончался

Ежедневник / 08.02.2019

В Москве в возрасте 83 лет скончался народный артист России Сергей Юрский, сообщила пресс-служба Театра имени Моссовета.
Причина смерти — остановка сердца.

В память о выдающемся артисте, философе, переводчике и мыслителе, мы подготовили некоторые высказывания из разных интервью.

Искусство идет двумя путями – либо это попытка создавать образы, творчество, то есть новинку, то есть новые ритмы, новые мысли на базе просветительства и поиска истины. Я бы сказал, что это искусство божественное. Либо это искусство безумных. Потому что, так как безумных очень много, им требуются безумные ритмы, им требуется выхлест безумных чувств, им требуется то, что называется «свобода, похожая на расслабление», или «расслабление, похожее на свободу». И отнять у них это – это, значит, их убить.

Русская интеллигенция на протяжении XX века проявляла себя по-разному, но вместе с тем едино. Одни рисковали, шли в лагеря, другие рисковать не решались и не шли в тюрьмы, но все были абсолютно определенны в своих намерениях и взглядах. Сейчас такое явление, как «русская интеллигенция», закончилось. Частично она устала, частично продалась. Лучшие люди из интеллигенции либо спились, либо занялись другими делами, которые в круг интеллигентного существования не входят.

Время рождает идеи и людей, которые ему необходимы. Сейчас колесо мейнстрима крутится с небывалой скоростью. Новые идеи возникают мгновенно и подавляют предыдущие.

Появляются люди, идеи, мы не успеваем их оценить, не успеваем даже понять, а они уже исчезли. Время не дает задержаться, остановиться, подумать — ни тем, кто делает искусство, ни тем, кто его воспринимает. Но я думаю, что все-таки нельзя всецело зависеть только от успеха. Это очень и очень опасно.

При советской власти прошла большая часть моей жизни. И если все время целиком говорить, что все время было душно, душно, душно, то так это вовсе не жизнь была, что ли. А была жизнь. И разная. Было и полное дыхание, были и ослепительные надежды, были и разочарования. И вместе с тем это была жизнь, а не мертвое поле. Жизнь. Сейчас некоторые пытаются сказать, что это было мертвое поле вообще, а потом мы вздохнули. Это не так. Это была жизнь со всеми ее странностями, обязанностями, перевертышами, обманами, надеждами и ослепительной радостью, которая связана и с молодостью, радостью поколения, и с деятельностью.

Свобода — это необходимая для жизни кислородная среда. Чтобы дышать можно было. Ответом на этот вопрос — для чего дышать — я и занимаюсь. И ответ был необыкновенно ясен, например, в период оттепели.

Свобода определяется количеством людей, которых ты можешь послать.

Главное ощущение для радости — чувство меры. Когда оно слишком нарушается, иногда даёт чувство: «О... какая воля!» Но это мгновенно превращается в давящее тебя же.

В фильмах всё реально. Там то, что сказано у автора, то и будет. А сцена — это всё нереально, всё в воображении зрителя.

Школа не должна учить новшествам, новшества человек открывает и постигает сам. Школа должна учить традиции.
Никто из русских актеров не сделал карьеру в Голливуде. Дело не в профессионализме вовсе. Мы им абсолютно чужие, и они — нам. Есть протестанты, католики, есть разные вариации их, есть поляки-славяне, греки-православные — и всё это Европа. А Россия — она отдельно. И прежде всего, для этой Европы, Америки она скучна. В этой скуке может, конечно, возникнуть что-то, вызывающее интерес, но этот интерес того же плана, что и по отношению, например, к ненавистному сейчас ими Ирану. Африканец ближе Голливуду, чем мы. То, что африканец знает о мире — он знает из англо-язычного или франко-язычного кино, книг. Мы же пишем какими-то непонятными буквами, у нас вообще свой большой отдельный мир. Потом африканский актер до определенного момента мирового признания — если ему случится, — он будет знать свое место; все иностранцы в Голливуде — это люди, давшие себя перемолоть. А мы своё место не хотим знать, потому что почитаем себя равными — и имеем все основания.
www.zham.ru