Загрузка
X


Волшебный синтез цвета и ритма Нары Агаронян

Встреча / Вернисаж / 21.08.2016

Нара Агаронян – иллюстратор, художник и большой экспериментатор. Закончила Ереванское художественное училище им. П. Терлемезяна и факультет книжной графики Ереванской государственной художественной академии. Перу Нары принадлежат иллюстрации к большому количеству детских книжек и журналов, изданных в Ереване. Нара – участник многочисленных проектов в Армянском центре современного экспериментального искусства («ACCEA» или «NPAK»), в Доме художников Армении, в Центре современного искусства.

Переехав в 2001 г. в Москву, Нара продолжила оформлять книги и журналы, а также начала открывать для себя новые грани творчества, создавая уникальные игрушки ручной работы.

Работы художницы находятся в частных коллекциях не только Армении и России, но и других стран Европы и Америки.

Первая персональная выставка  Нары прошла в Доме работников просвещения (1989 г.). Совместно с концептуальной группой «АКТ» участвовала в ряде проектов: в Центре искусств «Ex-voto» (1995 г.), выставка современного искусства «Москва-Ереван» (1995 г.), международные выставки «Interference in Private System» (1996 г.), «The Investigation and Development of the Event» (1996 г.), выставка «Ереванский ландшафт» в Русском музее  Еревана.

В 2007 г. в Москве прошла персональная выставка графических работ Нары «Личное пространство». В 2013 г. была организована персональная выставка в Ереване и в Гюмри совместно с презентацией книги О. Шанта «Грех и алтарь». 

– Что повлияло на выбор твоего творческого пути?

Желание самовыражаться, найти ту сферу, тот мир, где можно было разорвать все границы, все установленные законы, уничтожить закомплексованность, которой страдала особенно в школьный период, и, наконец, быть собой.

Я занималась  фигурным катанием, балетом, играла на фортепиано, но чувствовала, что все это не мое. Умоляла родителей отдать меня в художественную школу, но они почему-то всерьез не воспринимали мое стремление к изобразительному искусству.

– Когда и как к тебе пришло решение стать художником?

Помню, в седьмом классе к нам пришел новый ученик. Радости моей не было предела, когда я узнала, что он посещает художественную школу. Однажды я попросила его принести все работы. Он притащил огромную папку с набросками и зарисовками. Два дня, день и ночь я с восторгом копировала его рисунки. Потом покупала всевозможные репродукции, пособия для начинающих художников, много читала и срисовывала, оттачивая технику, постепенно открывала для себя волшебный и безграничный мир искусства. Очень любила рисовать портреты, в основном акварелью и карандашами. Наконец, я поступила в художественное училище, хотя отец не очень одобрял мой выбор. А по прошествии времени он сказал: «Дочка, как хорошо, что ослушалась меня и сделала правильный выбор, я горжусь тобой!»

– Ты родилась в творческой семье?

Папа был инженером, мама   учительница русского языка и литературы. Именно она привила  любовь к поэзии. В детстве она часто читала мне сказки и поэмы Туманяна, цитировала произведения Чаренца, Севака, Пушкина, Лермонтова и Маяковского. Волшебное звучание строк Туманяна оставило неизгладимый след.

– Нара, твои работы как сны, мечты... Это воспоминания о детстве? Каким ты его помнишь?

– Возможно, на подсознательном уровне так и есть. В детстве мечтала летать, почувствовать себя птицей. Обожала скорость, с восторгом ездила в автомобилях. Очень любила смотреть на звезды, на облака, видоизменения которых напоминали различных животных. Долго рассматривала себя в зеркале, задавалась вопросом, почему люди разные, что их отличает, ведь у всех есть глаза, нос, уши… Когда в первый раз вместе с бабушкой побывала в Доме-музее Мартироса Сарьяна, меня заворожил цветовой колорит картин. Может, это и стало первым толчком в моем дальнейшем желании стать художником.

– Как рождаются темы твоих картин?

– Когда иллюстрирую книги, тема уже есть, моя задача ее интерпретировать. Самое главное – вжиться в образ: будь это юмористический детский или серьезный.

Иногда получаю огромное удовольствие, оформляя детские книжки, юмористические фельетоны и анекдоты. А когда чувствую наплыв внутренних эмоций, не ограничиваюсь только оформительской деятельностью и бросаюсь в мир философии картин. Темы картин рождаются тогда, когда те или иные чувства и переживания овладевают мной.

Мои картины – отражения моего внутреннего я, в них я растворяюсь до прозрачности.

– Создание композиции порыв – это порыв, или ты вынашиваешь свои картины? В процессе работы она видоизменяется?

Каркас композиции складывается сразу, а в процессе собирается в единое целое. Бывает, перебираю разноцветный ватман, и вдруг происходит чудо – смотрю на цвет, и образы начинают порхать перед глазами. Безумно привлекает процесс, это своего рода медитация... Множество точек, рождающих образы, и настроения как будто появляются сами по себе, я только слежу и наслаждаюсь. Это и стук дождя, и звук ветра, и шелест листьев, и звездная симфония.

– Есть ли какие-то критерии, по которым ты выбираешь героев своих картин?

– Появляющиеся герои, конечно, не конкретные личности, а образы, живущие в моем подсознании, как бурный эмоциональный сгусток переживаний. Они сами выбирают пространство холста, определенную цветовую гамму, вживаются в атмосферу. Иногда безудержно стремятся ввысь, к свету, нередко растворяются, оставляя после себя звездный шлейф.

– Кстати, а как ты относишься к представлению своих работ в Интернете? И критикуют ли твое творчество?

– Это своего рода виртуальный вернисаж, куда заходят, смотрят, делятся впечатлениями, каждый находит частицу себя, отождествляется или же остается безучастным. Зритель, у которого душевное состояние и интеллект гармонируют с произведением, может черпать вдохновение для себя. Безумно приятно, когда мои картины становятся источником вдохновения для поэтов и творческих людей.

Онлайн критики в основном спрашивают, почему у некоторых образов отсутствует один глаз, не понятно, мужчины они или женщины? Но думаю, все же больше восторга, чем критики.

– Скажи, чье мнение для тебя является важным?

– В первую очередь мнение моих друзей. Вместе с ними я могу обсуждать, анализировать, принимать любую критику и похвалу. Получаю огромный стимул, чувствуя их положительную энергетику и поддержку.

– Мне очень нравится твой триптих «Отдаляюсь». Можешь рассказать, как он создавался?

– Создание триптиха – это своего рода пауза между прошлым и будущим. Перед этим много картин создавались в эмоционально насыщенных тонах. В один момент захотелось уйти, закрыться, исчезнуть. Вот и на помощь пришли черная тушь и белая бумага. Так появился триптих «Отдаляюсь», я смогла остановить время для себя. Это был переломный момент, новая точка отсчета.

– Используешь ли ты в своей работе какие-либо современные технологии, или тебе привычней классический стиль живописи?

– По духу мне близка графика. Маслом на холсте писала только в студенческие годы. Бумага для меня – живой организм. Думаю, мы сдружились, есть диалог и понимание. Я работаю в смешанной технике. Это тушь, акварель, гелиевые и акриловые краски, цветные карандаши. Недавно начала экспериментировать с полупрозрачным пергаментом.

– Как ты относишься к современному искусству?

– Современное искусство – это пространство, где сплетено все воедино в духе времени. Это самовыражение авторов всевозможными способами. В 90-ые годы с концептуальной группой «АКТ» мы организовали ряд проектов в Ереване. Даже с транспарантами выходили на арт-демонстрации. Группа состояла из 10 молодых, дерзких людей, полных энтузиазма. Моими первыми учителями в этой области, стали активисты группы армянских авангардистов «Третий этаж».

– Из современных художников кого-нибудь можешь выделить?

– Марина Абрамович.

– Кто из художников для тебя наиболее важный в плане творческого развития?

– Огромную роль в изменении мировоззрения и в творческом развитии сыграли Рембрандт, Матисс, книжный иллюстратор Обри Бердслей, скульптуры Микеланджело, Роден, Бернини, Джакометти.

– Топ-5 любимых художников?

– Марк Шагал, Альбрехт Дюрер, Анри Матисс, Амедео Модильяни, Густав Климт.

– Где находится твой источник вдохновения?

– Основным источником вдохновения является поэзия. Если то или иное стихотворение созвучно моему внутреннему состоянию, то непременно рождается новая картина. И еще, хорошая музыка, фильм. Обожаю пантомиму, преклоняюсь перед искусством уникального клоуна Вячеслава Полунина, его «Снежное шоу» долго оставалось источником вдохновения.

– Существует ли для тебя проблема творческого кризиса?

– Творческий кризис время от времени настигает... И это душит, сжигает тебя заживо. Возникают чувства отчужденности, пустоты, грусти и одиночества. С опаской смотрю на сделанные мною работы, думая, что я к ним не имею никакого отношения.

– Какие черты характера помогают тебе в творчестве?

– Искренность, самоотдача, чувство юмора.  Еще умение беречь дружбу. Никогда не обещать то, что не в состоянии сделать, даже маленькому ребенку.

– Чем ты любишь заниматься в свободное время, у тебя есть какое-нибудь хобби?

Два года назад загорелась желанием сшить интерьерную куклу в стиле тильда. Получилось. Радость была неописуемой, потом появились кошки, собачки, мишки, которых расписывала специальными красками по ткани. Получается, что фрагменты моих картин возникают на куклах, но уже в другом качестве.

– Любимое время года – лето, или я ошибаюсь?

– Обожаю осень! В это время года чувствую необыкновенный прилив творческих сил. Хочу удержать, зафиксировать в памяти, раствориться в сказочных тонах осенних листьев.

– Что бы ты хотела сказать своему зрителю?

– Я благодарна Богу за благодать, за возможность творить. Каждая моя работа навеяна моей духовной экспансией. Очень хочется, чтобы зритель, окунувшись в этот мир безграничной любви, поверил в звездную сказку мечты.

Беседовала Анна Гиваргизян. Журнал «ЖАМ», 2014 г.